Информационная война: перспективы и стратегии
Современное общество входит в новую эпоху, когда кардинальным образом меняются наши представления о мире. Смена мировоззренческой парадигмы напрямую связана с развитием информационных технологий, интеграцией и глобализацией мировой экономики. Национальные государства все больше становятся частью глобальных структур: политических, экономических и информационных.Особую значимость приобретает анализ последствий информационной революции, превратившей земной шар в «глобальную деревню». Благодаря современным коммуникационным технологиям, виртуальная реальность, создаваемая СМИ, часто становится более правдоподобной, привлекательной и достоверной в глазах массовой аудитории, чем подлинная реальность.
Одним из основных свойств информационного пространства является открытость, лишенность каких бы то ни было определенных национальных границ, характерных для национальных территорий. Это обстоятельство делает общество уязвимым для манипуляций и деструктивного влияния со стороны сил, заинтересованных в культурной, экономической и политической гегемонии.
Понятие «информационная война» становится все более актуальным в наше время. Эволюция информационных технологий способствует тому, что методы информационного воздействия становятся более точечными, ориентированными на ключевых информаторов и лиц, принимающих решения. Если раньше пропаганда была ориентирована на захват и манипулирование всем сознанием человека, вовлеченным в драматургию массового психоза (вспомним реакции, которые вызывали выступления Гитлера, который хорошо владел технологиями воздействия на массовое сознание), то в настоящее время происходит захват и манипулирование одной из сторон личности, когда в целом человек остается абсолютно нормальным, трезво оценивающим окружающую реальность.
Примером здесь могут служить технологии избирательных компаний, технологии паблик рилейшнз, чаще аппелирующим к скрытым механизмам подсознания и глубинным архетипам, чем к здравому смыслу граждан. Примером хорошо организованного массового психоза может служить деятельность финансовых пирамид, когда образованные люди (по данным статистики среди вкладчиков «МММ», Хопер-инвест» и т.д. преобладали люди с высшим образованием), стояли в очередях, чтобы отдать свои деньги абсолютно неизвестным структурам с сомнительной репутацией.
Манипуляция есть преднамеренная подмена в массовом сознании содержания или смысла явления его квазиформой, когда при сохранении идентичных внешних признаков, явление приобретает деструктивный смысл или ассоциируется с ним. Примитивизация и иррационализация ситуации, смысла понятия или символа, редукция его к архетипическим и иррациональным структурам. Разрыв между формой и содержанием, символом и его смыслом. Примером здесь может служить понятие «авторитет», которое в настоящее время в массовом сознании российского общества ассоциируется с лицом, принадлежащим к высшей иерархии криминального мира.
Сложность идентификации манипуляционных технологий заключается в возможности неоднозначных интерпретаций результатов их применения, трудности выявления всех элементов манипуляционной программы, сложности доказательства преднамеренности той или иной манипуляции.
Одним из основных условий развертывания манипуляционной программы является отсутствие альтернативной информации, информационый вакуум по определенной проблеме, когда целевой аудитории всеми возможными способами навязывается только одна модель решения, внушается ее безальтернативность и неизбежность. В этом отношении, отсутствие публичного анализа альтернатив есть один из основных признаков манипуляции.
Другим признаком манипуляции является создание ситуации искусственного дефицита времени, когда навязываемое решение должно быть принято без должного анализа альтернатив в чрезвычайно ограниченный период времени в силу тех или иных мифических причин (формирование в массовом сознании ощущения надвигающейся катастрофы, чудовищного кризиса, от которого только и можно спастись единственно верным решением и т.д.)
Примером здесь может служить обоснование в СМИ модели «шоковой терапии», которая рассматривалась как единственно верный, безальтернативный способ выхода из ситуации надвигающейся катастрофы. Почему единственно верный? В тот момент уже существовали далеко не радужные результаты применения «шоковой терапии» в Польше.
Демократическое общество, с одной стороны, открывает возможность для рядового гражданина влиять на принятие ключевых для общества решений, с другой стороны, свобода СМИ делает возможным широкое применение технологий формирования общественного мнения, навязывания гражданину тех или иных мифологических представлений. В современном обществе СМИ формируют образ реальности на основе которого свободный гражданин делает свой выбор.
Манипуляция ориентирована на элиминацию логики, критического анализа и примитивизацию мышления целевой группы, подмену логической связи устойчивой ассоциациативной связью, когда то или иное явление ассоциируется с навязываемым деструктивным образом. В этом аспекте самостоятельный взгляд на мир, попытки независимого мышления на основе здравого смысла, а не в рамках навязываемой мифологической парадигмы, мифологического образа мира и укорененных в нем стереотипов поведения и ценностей – представляет основную опасность для любой манипуляционной программы.
Элементами манипуляционной программы являются мифы, в том числе мифы о всемирном заговоре, предрешенности судьбы и т.д., что внушает мысль о покорности и бессмысленности критического анализа существующего порядка вещей.
Уязвимое место любой манипуляции – это альтернативные источники информации, альтернативный взгляд, умение гражданина критически анализировать предложенный вариант решения проблемы.
В этом аспекте интересно проследить процесс развертывания рекламы финансовых пирамид, когда в российских СМИ определенный период времени (первая половина 19994г. - 4-6 месяцев, когда и происходил основной сбор капитала) не было в СМИ ни одного негативного или критического отклика на деятельность этих структур, хотя финансовые пирамиды – изобретение далеко не новое и примером здесь могут служить громкие процессы по разоблачению финансовых пирамид в 70-е гг. XXв. в США.
Глобальное коммуникативное пространство лишает смысла все попытки построения «железного занавеса», поэтому государства должны быть готовы защищать свою систему ценностей и образ жизни не с помощью простого запрета, а более эффективными методами информационного противодействия.
Массовое сознание общества организовано с помощью различных моделей мира, которые служат информационными фильтрами, обрабатывающими, синхронизирующими и организующими информационные потоки. Модели мира транслируются с помощью СМИ и неофициальных каналов информации.
Любое общество не является однородным, и те или иные его группы имеют специфические интересы и производную от них модель мира. В силу этого массовое сознание современного общества представляет собой констелляцию [1] и иерархию различных моделей мира и представленных в них систем групповых ценностей, объединенных доминирующей моделью мира.
Иерархичность информационного пространства нашла свое воплощение в фреймовой структуре [2] доминирующей модели мира, производной от совокупности социально-исторических и природных условий существования общества.
Модель мира объединяет на основе глубинных прототипических образов как реликтовые, так и новые элементы: представления, стереотипы, психологические установки, ценности, прототипические образы, служащие опорными точками национальной ментальности (Kroeber,1953; D’Andrade, 1992).
Основной функцией доминирующей модели мира и основанной на ней национальной ментальности служит формирование на основе прототипических образов представлений, интегрирующих общество и преодолевающих асимметрию в интерпретациях исторического опыта, а также обосновывающих национальную систему ценностей и способствующих сохранению уровня общественной самооценки.
Примером преодоления асимметрии в интерпретации исторического опыта может служить широко распространенный миф об американских индейцах, которые снимали скальпы с белых поселенцев, однако, согласно историческим фактам, скальпы снимали с индейцев белые.
Верхний уровень модели мира является более подвижным, связанным с сиюминутными изменениями информационной среды, в то время как глубинный уровень более устойчив и укоренен в архетипических структурах массового сознания.
В случае адекватной историческим условиям существования общества национальной идеологии, эти два уровня взаимодополняют друг друга, составляя единое целое. В противном случае происходит отторжение рациональной компоненты массового сознания и переход общества на прототипические иррациональные модели поведения, укорененные в глубинном уровне модели мира, что происходит, например, во время массовых волнений, стихийных бедствий и т.д.
Параметры информационного пространства задаются всем многообразием геополитических, природных, исторических и социальных условий существования общества. Доминирующая модель мира должна быть адекватной этим условиям. В противном случае, несмотря на поддержку СМИ, происходит процесс отторжения и разрушения модели мира, претендующей на доминирующую роль и формирование более адекватной историческим и социальным условиям модели.
В психологии употребляется термин «психологическая защита», когда человек часто на подсознательном уровне защищается от информации, могущей повредить или разрушить его личностное ядро. Похожий процесс психологической защиты происходит на уровне общественного сознания, когда общество, чтобы сохранить свое единство, должно девальвировать и вытеснять чуждые национальному образу мира и общественной ментальности ценности на периферию общественной саморефлексии, поддерживать иммунитет против любой деструктивной информации.
Целью информационной войны является прорыв психологичекой защиты общества и продвижение диссонирующих фактов и интерпретаций с переферии общественной саморефлексии в центральное ядро модели мира с целью разрушения системы ценностей общества, его дестабилизации на духовном, политическом и экономическом уровне. (1,3)
Теоретическим базисом информационной войны служит теория «культурного ядра» А.Грамши, бихевиористские концепции, теории когнитивного диссонанса, концепция поступенчатого распространения информации Лазерсфельда и т.д.
Опасность информационной атаки ставит защиту информационного пространства в число стратегических приоритетов современного общества. Не случайно все крупные державы мира придают исключительное значение развитию технологий информационной войны: «Информационная война является центральной проблемой национальной безопасности 21столетия, и США должны создать согласованную политику национального уровня по военному и стратегическому использованию этих новых технологий и возможностей в дни мира и войны» (Stein G. Information War – Cyber war Netware.)
К сожалению, в российской научной литературе (за редким исключением: 1, 3, 4) недостаточно серьезно анализируются практические подходы и модели информационной войны с точки зрения оценки ее способности изменить структуру массового сознания и вместе с ней всю структуру общества. Именно в быстро развивающейся области исследований форм и методов информационной войны наблюдается отставание российской науки от западных передовых разработок.
Примером успешного применения тотальной информационной атаки может служить процесс перестойки в СССР, который начался с нагнетания антикоммунистической истерии в СМИ, способствующей изменению ценностных приоритетов советского общества.
Анализ телеперадач и печатных изданий за период 1985-1991 показывает, что массированная антикоммунистическая компания развивалась по нарастающей, продолжаясь в СМИ из номера в номер, из одной телеперадачи в другую, разрушая общепринятую картину мира и внедряя в массовое сознание мысль о преступности не только всей советской истории, но и российской истории вообще, что значительно облегчило «имплантацию» в массовое сознание российского общества чуждой ему системы ценностей.
Одним из основных признаков информационной атаки является тоталитарность воздействия: резкий дисбаланс позитивных и негативных сообщений в подборке материалов, исключение широкого и корректного обсуждения противоположных мнений и точек зрения, когда в СМИ вытесняется рациональная компонента и дискуссия идет на уровне эмоций, наклеивания ярлыков и личных обвинений, что способствует формированию в массовом сознании совокупности мифов, производных от интересов влиятельных социальных групп.
Демократичность и открытость СМИ, в противоположность тоталитарности, проявляется в широком и компетентном обсуждении проблем с учетом всех существующих точек зрения, а не в вытеснении оппонентов на периферию общественной саморефлексии и пропаганде мифов в ситуации исскуственно созданного дисбаланса и информационного вакуума. Отсутствие в СМИ (особенно в электронных СМИ) плюралистической аналитической информации, черно-белое видение мира, - является одним из симптомов тоталитарности средств массовой информации, их подверженности манипулятивным технологиям.
Необходимо отметить, что информационная атака на российское массовое сознание, историческую память и укорененную в ней национальную модель мира, - еще не окончена, а, наоборот, приобретает все больший размах, что доказывается обилием в российской прессе фальсифицированных и мифологических материалов о российской истории.
Особенно дисбаланс в освещении российской истории заметен в электронных СМИ, которые сочетают программы, рекламирующие величие западных политических деятелей («Золотой шар») с передачами, показывающими те или иные темные пятна отечественной истории, при этом такие передачи и статьи полны различных фальсификаций и манипуляций. Например, передачи Э.Радзинского о загадках российской истории.
Парадоксально выглядела бы на основном канале американского или английского канала хвалебная передача о том или ином российском деятеле, тем более серия передач. Еще более нелепо это выглядело бы в сочетании с осмеянием и очернением своей собственной истории, лишающим общество основы для эффективного функционирования как целостности.
Довольно часто в материалах Э. Радзинского делается акцент на подробностях частной жизни великих общественных деятелей России, поиске компромата в их личной жизни, при этом абсолютно элиминируется объективная оценка их общественной деятельности, оценка их вклада в защиту национальных интересов России.
Одним из примеров формирования негативного образа российской истории служит клевета Э.Радзинского на известного исторического деятеля А.Орлова. Э.Радзинский описывает, как тот устраивал “шоу” для итальянцев, воспроизводя чесменский пожар на море и рискуя жизнями матросов. В то время как А. Орлов и в подлинной Чесме приказал спасать всех тонувших – и своих, и пленных турок. Более подробную информацию о манипуляциях с изображением российской истории Э.Радзинского и других фальсификаторов российской истории можно найти в издании профессиональных историков «История России в мелкий горошек» (Д.Володихин, О.Елисеева, Д.Олейников «История России в мелкий горошек.»- М. -2000.)
Одним из ярких примеров фальсифицирования российской истории могут служить произведения В.Суворова (Резуна) и академика Н.Фоменко. Несмотря на многочисленные опровержения, их работы продолжают печататься огромными тиражами. Например, произведения В.Суворова были изданы общим тиражом около 100000 экз. и переведены на несколько языков, несмотря на многочисленные фальсификации, очевидные фактические несоответствия и форму изложения, основанную на художественном вымысле. (2)
Популярность произведений подобного рода свидетельствует о слабости и размытости структуры ценностей российского массового сознания, его дезорганизованности, что является необходимой основой любых информационных операций.
Помимо прямой фальсификации исторических фактов, манипуляторы используют прием, который в общественных науках получил название «презентизм», когда то или иное событие оценивается с точки зрения сегодняшняго дня, без учета реалий конкретного исторического времени. Например, жестокость Ивана Грозного рассматривается Э. Радзинским как проявление азиатчины, дикости, извечно присущей русскому народу, в то время как в тот же исторический период в Европе прроисходили еще более кровопролитные междоусобицы, повлекшие за собой неизмеримо большее количество жертв по сравнению с эпохой правления Ивана Грозного.
Рассмотрение того или иного явления с точки зрения абстрактных понятий вне конкретного исторического контекста и, тем более вне сравнительного анал